Он сказал то, что не хочет слышать значительная часть церкви. Он сказал не как философ, а как деятель, пойдя наперерез привычкам. Что требует мужества и важно как начало долгой работы с массовым церковным сознанием. Кроме того, он, будучи епископом, тем не менее сказал то, что очень не нравится современной политической элите: сопоставление сталинизма и гитлеризма в масс-медиа просто-напросто запрещено.