March 1st, 2012

Про выборы

Ни одного претендента, за которого я бы голосовал 4 марта с чистой совестью, нет. В такой ситуации приходится искать компромисс.
По хорошему, надо было бы последовать акунинскому совету и всем, кто не будет голосовать за четвертый путинский срок, поддержать одного кандидата. Тогда это мог бы быть Миронов – именно потому, что никакой. Не революционный, не реакционный, при этом не злобный; технический, переходный. Но мы гордые; нам свою индивидуальность страшно потерять; возобладало мнение, что каждый пусть решает сам. Сам так сам.
Зюганыча и Жириновского не рассматриваем. Миронов от страху, что его поддержат, сам себя на всякий случай слил. Летал низЭнько, низЭнько. Поэтому для меня есть два варианта – портить бюллетень и голосовать за Прохорова.
Портить имеет смысл, если есть хотя бы один шанс, что удастся спустить процент проголосовавших за кооператив Озеро ниже 50. По-моему, такой возможности нет. Поэтому остается Прохоров.
Он, по-моему, человек, запоздавший с социальным развитием, еще незрелый, несмотря на возраст. Все последнее двадцатилетие он гениально наращивал свое умение зарабатывать деньги, не особо заботясь о личностном росте. Но – 1) у него есть хотя бы желание стать зрелым политиком, 2) во время выборной кампании он как минимум демонстрировал желание бороться за голоса (кроме него это желание демонстрировал лишь Путин), 3) какие-то здравые вещи вперемешку с благоглупостями он говорил, 4) Бог даст, что-то потом из него и получится. А не даст, найдем другого. Потом. Если бы у Прохорова были реальные шансы победить сейчас, я бы сто раз подумал, прежде чем за него голосовать. Но на перспективу, в качестве аванса – да.
Если случится невероятное, и получится второй тур, я все-таки испорчу бюллетень. Ни за Путина против Зюганова, ни за Зюганова против Путина голосовать не смогу.
И уж сразу, чтобы еще раз не писать. Борьбу за право митинговать 5 марта в центре я поддерживаю. То, что нашистам можно, а нормальным людям нельзя – безобразие и беззаконие. Но если разрешат только Болотную, то пойду туда. В конце концов, главная проблема не в том, что не дают пойти на Лубянку, а в том, что нет общей идеи, что нам всем делать дальше.