April 8th, 2013

Литература в школе. Новый выпуск Тем временем

8 апреля в 22. 15 на телеканале Культура.

Спор о школьном курсе литературы вышел на президентский уровень. Правда ли, что ради Пелевина и Улицкой вычеркивают Куприна и Лескова? Нужно ли спасать школьный курс от авангардных покушений?

Участники: Андрей Архангельский, журналист, редактор отдела культуры журнала "Огонек"; Алексей Варламов, писатель; Павел Пожигайло, председатель комиссии Общественной палаты РФ по культуре и сохранению историко-культурного наследия; Борис Ланин, заведующий лабораторией литературного образования ИСМО РАО, профессор, доктор филологических наук; Дмитрий Бак, филолог, директор Государственного литературного музея; Ирина Лукьянова, писатель, публицист, преподаватель литературы в школе "Интеллектуал".

А в прошлый раз говорили про многострадальные учебники истории. Видео этого выпуска вывешено на сайте канала.
http://tvkultura.ru/anons/show/video_id/303657/brand_id/20905/

Тэтчер умерла

В жизнь нашего поколения она вошла в ореоле анекдотов - по-другому в стране, лишенной чувства истории и погруженной в сонный миф, и быть не может; анекдот - это жалкий отголосок мифологии, последний ее выплеск, опивки. "Уважаемая Маргарэт Татчэр... Леонид Ильич, это Фидель Кастро!!!... Да, но написано - Татчэр".
Потом как будто протерли стекло, и Маргарет Тэтчер оказалась очень близко: во время визита Горбачева (еще не генсека, еще молодого секретаря по безнадежному сельскому хозяйству) в Великобританию, вдруг стало ясно, что ему - симпатизируют, что в нем проблескивает что-то человеческое, что ему и Раисе нравится за пределами СССР, и Тэтчер опекает молодого 53-летнего политика. В народе потом говорили, что она подарила ему клетчатый шарф из мохера, всеобщую тогдашнюю мечту; впрочем, шарф у Горбачева и впрямь появился, он его гордо носил.
А вслед за шарфом появилась и сама Маргарет - уже после избрания М. С. генсеком; ее интервью советским политическим обозревателям, первое прямое телеинтервью иностранного политика несоветского разлива, взорвало телевизионную аудиторию. То, к чему сейчас давно привыкли - что западный лидер отвечает резко, независимо и весело, казалось чем-то лунным или марсианским; она не злилась на глупые вопросы, не сучила ножками, не комплексовала - а уважительно клала пропагандистов на обе лопатки. И это значило, что в информационном пространстве началась настоящая революция.
Революция, как полагается, отбушевала, приливы сменились отливами, пролетели два десятилетия - и вот я оказываюсь в Лондоне, на приеме с ее участием. Маленькая несгибаемая старушка проходит вдоль рядов и перебрасывается словом - с каждым. "Ты чем занимаешься?" - спрашивает она Володю Рыжкова. Тот победительно отвечает: "Я политик". "А еще что ты умеешь?" - вдруг ехидно интересуется она. "А еще я учитель истории, в школе могу преподавать" - не растерявшись, возражает Рыжков. "Тогда здравствуй".
Не слышал, что она спросила Ходорковского, Роберта Скидельски, и о чем поговорила с Леной Немировской. Но меня она поддела замечательно.
Я был замом главного в тогдашних Известиях."Ты кто?" - задала она свой коронный вопрос. "Редактор в газете". "Что же, и редакционные статьи печатаешь?" "Случается". "Всегда удивлялась - ничего не происходит, а наутро в каждой газете редакционная статья".
Протянула сухую лапку и двинулась дальше.
А теперь вот ее больше нет.