arkhangelsky (arkhangelsky) wrote,
arkhangelsky
arkhangelsky

Categories:

Материнский Капитал

Текст колонки, опубликованной на сайте РИА Новости.

Сегодня я нарушу все правила хорошего обозревательского тона. Не стану привязывать текст к событиям. И буду говорить о личном. Заранее прошу простить за это.

Что мы наблюдаем в пространстве мировой истории? Трясет и колотит Америку, которая то ли впрямь замедляет сползание в рецессию, то ли слегка притормозила, чтобы дальше катиться быстрее, быстрее. Всерьез обсуждается перспектива точечных бомбардировок Сирии. В России молодой хозяин вносит последнюю правку в первое свое послание. В Штатах старый президент готовится покинуть Белый дом. А в пространстве моей личной жизни сегодня исполнился год со дня смерти мамы, Людмилы Тихоновны Архангельской. И единственное место на земле, о котором я в состоянии как следует подумать, это тихое кладбище в Голицыно, где в одной ограде лежат две сестры. Мама и ее сестра Марина.

Мама родилась в 1927 году. То есть не знала ничего, кроме советской власти, советской жизни. Из довоенного полуголода она перескочила в военный ужас, а из него – в послевоенный морок. Полуголод не был для нее катастрофой, ужас без остатка растворился в торжестве победы, а морок стал привычным делом. Стало быть, не очень страшным. Потом просвистели шестидесятые, проползли семидесятые, и наступила старость на фоне полного крушения всего, что маму окружало. Всего, кроме самого главного. Любви, нежности, поиска счастья и неизбежности страдания. Упали исторические декорации. А постановка продолжается.

Мама прожила свою жизнь, как положено обывателю. Человеку, на котором мир стоит. Это их, нормальных обывателей, политики приносят в жертву, батюшки не очень утешительно пытаются утешить, простые книжки и хорошие спектакли потрясают, а дети радуют до слез. Жили, жили, и жизни кончились. И что осталось?

Можно сказать, что ничего. А можно сказать, что все. В зависимости от того, что мы считаем смыслом человеческого существования. Если искать его в великих делах как таковых, то прав был эффективный менеджер товарищ Сталин, под властью которого мама прожила ровно четверть века. Он поучаствовал в распаде великой империи, потом ее восстановил, растратив миллионы человеческих судеб. Сыграл в войну, как в расшибалочку, расплатившись за свои ошибки двумя-тремя десятками миллионов лишних жертв. Так в ресторане пьяный клиент бросает на стол пачку денег, скрученную колбаской: сдачи не надо! А потом от этой клятой империи ничего не осталось. И от хваленой промышленности индустриального века – тоже ровным счетом ничего. И от советской многонациональной культуры. И от военной мощи. И от мечты о коммунизме. Поэтому с точки зрения Истории, то есть умения рассказывать красиво про Большое, товарищ Сталин истинный Герой. А с точки зрения живой реальности они полный пшик, кровавое наваждение.

Что он оставил за собой? Пустыню. А моя незаметная мама, которая не жила до революции, долгие годы не верила в Бога и совершенно не тосковала по России, которую мы потеряли, восстановила прерванную традицию русской жизни. Она оставила после себя привычку к дому, потребность в искренней любви, жертвенной самоотдаче и постоянном труде не за страх, а за совесть. То, что я, если Бог позволит, постараюсь передать ее внукам. Моим детям. И так по цепочке.

Значит, в истории своей страны, цивилизации и мира (если история – это не рассказ, а широкое поле действий), мама сыграла гораздо более важную роль, чем Сталин. Об остальных советских вождях вообще помолчу, неприлично Роль продолжателя жизни вопреки торжествующей смерти. Роль охранителя вечных домашних устоев. Роль покровителя семьи. Устроителя дома. Империи больше нет и никогда не будет. А дом как таковой останется. И жизнь будет воспроизводиться. И поиск смысла никогда не остановится.

Из этого никак не следует, что личности, способные на великие действия, не нужны. Что их отсутствие в сегодняшней политике, российской и мировой, благотворно сказывается на обстоятельствах места и времени. Скорей наоборот; ужасно сказывается. Но из этого следует, что политики должны оцениваться не по тому, удобно ли авторам учебников писать про них развернутые красочные главы, а по тому, насколько моя мама могла выполнить свою грандиозную работу накопления Материнского Капитала. Если помогали – значит, и вправду великие. Если всячески мешали – стало быть, злодеи. Просто ничего не делали, ну, значит, Леониды Ильичи. Да, политики иной раз не просто имеют право, но обязаны позвать народ на бой, на самозащиту, на жертву. Но только если без этого наши мамы не смогут хранить и передавать свой бесценный капитал по цепочке, из поколения в поколения. И никаких других критериев не будет.

Мне совершенно ясно, что Господь Бог сотворил этот мир именно ради моей мамы. И ради ваших мам. Никак ради Владимира Владимировича, Иосифа Виссарионовича или Сильвио Батьковича. А мы с этим миром вот что делаем. Мамы, простите нас.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 39 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →